MagdaM
Дом птицы не гнездо, а небо.
Родители получили письмо от брата. Меня ломает. Телесно. По груди разливается горечь.
Он жив, у него все хорошо, но он больше никогда не приедет к ним. Не потому что есть конфликт, конфликтов нет и в общем-то есть тепло и любовь. Но не приедет. Потому что семья отвлекает от движения по духовному пути, а он теперь сам Учитель и ему нельзя соблазняться на мирское. Встречи с родственниками возможны, но только на его территории, а он сейчас во Вьетнаме.
Мама физически не доедет, папа мог бы, но не сможет надолго оставить маму. Да и не факт, что самому папе такая поездка полезна. В общем при живом сыне они больше никогда не увидятся. Никогда.
Я помню детство. Я помню, сколько любви и гордости за сына было в моих родителях. Помню, как страдала, что меня любят меньше. Обычный синдром старшего ребенка.
Я часто приезжаю к ним сейчас и вижу, как они ждали и скучали, когда он был в ашраме и от него не было вестей. Но там было понятно - три года учебы с полным погружением, ок. Но была надежда на встречу. Три года конечны.
Я не представляю, каково им сейчас.

А мне сносит голову от выбора человека, который стремясь нести любовь в мир, а главное, пробудить любовь в других людях, так жестко жертвует любовью к родным и их любовью. Я давно на эту тему думаю, но внутри так и не пришла к балансу. А значит пока нет слов, чтобы что-то ему сказать.

@темы: Немного о японском бегуне Комуто Херовато, семейное, слишком личное